22.04.2010

 - Газета

Белорусская петля вокруг Кремля

Бывая в Москве по делам, я часто задавался вопросом, много ли в этом городе белорусского. В ответ, словно мозаика, из газетных вырезок и энциклопедических статей, из подсмотренного в учебниках истории и просто в интернете сложился некий экспресс-маршрут по белокаменной с выраженным национальным акцентом. Да простят меня дети разных народов – сегодня мы говорим о белорусском присутствии в столице России.

Христофор ХИЛЬКЕВИЧ, фото автора

Бывая в Москве по делам, я часто задавался вопросом, много ли в этом городе белорусского. В ответ, словно мозаика, из газетных вырезок и энциклопедических статей, из подсмотренного в учебниках истории и просто в интернете сложился некий экспресс-маршрут по белокаменной с выраженным национальным акцентом. Да простят меня дети разных народов – сегодня мы говорим о белорусском присутствии в столице России.

bel-p1

Даже если в Москве вы не в первый раз, для нашей экскурсии вооружитесь подробной картой центра города, ведь иногда нам придется заглядывать в его потайные уголки (кстати, одна из первых карт Москвы, так называемый «Несвижский план», была издана в 1611 году придворным гравером Радзивиллов Томашем Маковским). Вероятнее всего, ваше путешествие по мегаполису начнется с Белорусского вокзала, через который за почти полтора века его существования прошли, без преувеличения, миллионы наших соотечественников. В двух кварталах отсюда, на Миусской площади, сохранилось здание бывшего Народного университета, где в 1915–1916 годах учился Янка Купала. Также недалеко от вокзала проходит Большая Грузинская улица – здесь, в доме №56, Купала жил в начале Великой Отечественной на квартире у художника Елисеева. Как и все жители многоэтажки, он регулярно нес дежурство на крыше здания, защищая его от немецких зажигательных бомб.

bel-p7

Находясь рядом с домом на Большой Грузинской, прислушайтесь – возможно, до вас донесется перезвон колоколов собора Непорочного Зачатия Пресвятой Девы Марии, самого большого католического храма России, расположенного буквально в соседнем квартале. С 2002 по 2007 год его епархию возглавлял Тадеуш Кондрусевич – нынешний глава белорусских католиков. Один из самых больших колоколов на звоннице костела в честь небесного покровителя Кондрусевича был назван «Святой Фаддей».

Если вы въезжаете в Москву на машине, остановитесь на Поклонной горе, в давние времена находившейся за пределами города и открывавшей путникам его панораму. Сегодня это уже почти центр, и вместо панорамы вы сможете полюбоваться разве что диорамами, выставленными в Центральном музее ВОВ. Одна из них – «Форсирование Днепра» – посвящена военным событиям на территории Беларуси весной 1944 года. Любопытно, что именно тут, на Поклонной горе, в 1370 году стоял военный лагерь нашего великого князя Ольгерда, предпринявшего поход на Москву (возможно не случайно сегодня недалеко от того места проходят улицы с названиями Минская, Гродненская и Витебская). Вот что пишет по этому поводу Карамзин в V томе «Истории государства Российского»: «Восходящее солнце озарило на Поклонной горе стан Литовский. Изумленный Московский князь требовал мира, Ольгерд согласился на оный, взяв с московитов много серебра и все их владения до реки Угры. Он вошел с боярами в Кремль и ударил копьем в стену на память Москве». Отправимся к Кремлю и мы.

На главной площади России – Красной – достопримечательностей хватает на отдельную экскурсию, но мы уже договорились, что сегодняшний маршрут пройдет по «белорусским следам». Впрочем, и здесь их несколько. Например… мавзолей Ленина, в строительстве которого принимали непосредственное участие белорусы. В 1929 году для возведения «объекта №1» из 40 тысяч каменщиков трест «Мосстрой» выбрал лучших – артель Петра Григорьева из деревни Грабовка, что в пригороде Гомеля. Говорят, на первом кирпиче в основании Мавзолея наши каменщики написали: «Товарищ Ленин, ты всегда живешь».

bel-p8

В расположенном на Красной площади здании Государственного исторического музея с ноября 1942 года работала выставка «Белоруссия живет, Белоруссия борется», ставшая затем основой созданного в 1944 году в Минске музея истории Великой Отечественной войны. А на противоположном конце площади, на Лобном месте, в 1534 году были сожжены книги Франциска Скорины, предпринявшего неудачную попытку организовать печатное дело в Московском княжестве. Об этом случае даже упомянул король Жигимонт Август в письме к своему послу при Римском Папе: «У часе панавання нашага Нябожчыка бацькі адзін ягоны падданы, кіруючыся пабожным жаданьнем, пастараўся святое пісьмо рускаю моваю надрукаваць і выдаць дый пайшоў да Масквы, кнігі ягоныя на загад Князя публічна былі там спаленыя дзеля таго, што належаў ён да Рымскае царквы дый што кнігі выдадзеныя былі ў мясцох, што падлягаюць ейнай зверхнасьці».

bel-p5

Впрочем, другому нашему земляку, Ивану Федорову (Федоровичу) все же удалось издать первую в Москве печатную книгу спустя 30 лет. Памятник этому славному представителю шляхетского герба «Рагоза» стоит на Охотном ряду. Но прежде чем попасть к нему, мы подойдем к гостинице «Москва», где прошли последние дни Янки Купалы. Здесь он встречался с деятелями белорусской культуры и командирами партизанских соединений, здесь 28 июня 1942 года поэт разбился, упав в лестничный пролет с десятого этажа. В 2003 году, когда началась реконструкция отеля (включавшая полный снос и последующее восстановление лишь внешних форм), гостиничная администрация передала минскому Купаловскому музею фрагменты перил и лестничных ступеней – «свидетелей» гибели Песняра, а также плиту, на которой его нашли уже мертвым.

В 1990-х – начале 2000-х московское руководство несколько раз отклоняло просьбу белорусской диаспоры об установке памятника Купале рядом с гостиницей. Но было принято решение, согласно которому в 2006-м бронзовый Песняр появился-таки на Кутузовском проспекте российской столицы. По задумке его авторов – белорусских скульпторов Льва и Сергея Гумилевских – постамент должна была украшать надпись «Мне сняцца сны аб Беларусі», но она по какой-то причине не прошла через московский худсовет, и монумент был подписан простым факсимиле «Янка Купала».

Теперь давайте пройдемся на север от Красной площади, где в Китай-городе и Мещанской слободе в старину традиционно селили выходцев из белорусских земель. Постоянные войны Москвы с ВКЛ и Речью Посполитой привели к тому, что к концу ХVII века белорусские пленные и вынужденные переселенцы составляли примерно пятую часть населения Москвы. По одной из версий, именно благодаря им появилось «фирменное» московское аканье, они же научили москвичей многим ремеслам. «Перапiсная кнiга рэгiструе сярод насельнiцтва Мяшчанскай слабады майстроў 52 спецыяльнасцяў, многiя з якiх раней у Расеi былi невядомыя, – пишет Владимир Орлов в книге «Краiна Беларусь». – Беларусы, напрыклад, выкарыстоўвалi больш перадавыя тэхналогii ў збройнай справе i ювелiрным мастацтве».

На всю Москву гремела слава изразцовых дел мастера Степана Полубеса, вывезенного еще ребенком из Мстиславля – его изразцовые фризы и панно по сей день украшают десятки московских храмов. Белорусские мастера под началом оршанца Язэпа Андреева и уроженца Шклова Клима Михайлова создали грандиозный резной иконостас для Смоленского собора Новодевичьего монастыря. Шляхтич с Могилевщины Илья Копиевич разработал новый гражданский кириллический шрифт, введенный позже Петром I и еще долго называвшийся в России то «амстердамскими литерами», то «белорусской азбукой».

bel-p4 Но самым известным московским белорусом того времени был, несомненно, Симеон Полоцкий – богослов, ставший первым в России профессиональным писателем, наставник царских детей и составитель речей самого царя, человек, подготовивший полный перевод российской Библии и стоявший у истоков первого в Москве театра… На Никольской улице, почти сразу за ГУМом, сохранился комплекс зданий Заиконоспасского мужского монастыря (дома № 7 и 9), где жил Симеон Полоцкий и настоятелем которого он являлся. Здесь действовала богатейшая на то время в Москве библиотека, а в 1667 году при монастыре была учреждена школа для подготовки подьячих Приказа тайных дел – говоря современным языком, служащих личной канцелярии царя. Курировал это учебное заведение опять же наш великий земляк.

По Никольской, где в 17-м доме, в конторе лабораторного оборудования, в 1930-х работала родоначальница белорусской лирической женской поэзии Констанция Буйло, пройдем до Лубянской площади, в центре которой в советские годы возвышался памятник другому нашему земляку – Феликсу Дзержинскому. Через подвалы здания НКВД-КГБ на Лубянке прошло множество репрессированных белорусов. Один из них – известный хоровой дирижер и фольклорист Рыгор Ширма, попавший сюда в начале 1940-х и чудом избежавший расправы благодаря вмешательству Якуба Коласа и первого секретаря ЦК компартии Беларуси Пономаренко.

bel-p6

Прямо за зданием Лубянки, в Фуркасовском переулке, 6, в 1919 году работал культурно-просветительский отдел Белорусского национального комиссариата, занимавшийся популяризацией белорусской культуры. Частым гостем здесь был Тишка Гартный. В соседнем переулке – Милютинском – сохранилось здание бывшего костела Петра и Павла, где в 1916 году Янка Купала венчался с Владиславой Станкевич. bel-p3 Хотя узнать неоготический храм в доме №18 с вывеской «Гипроуглемаш» сложно – после войны он был облеплен трехэтажными пристройками, к тому же обильно украшенными советской символикой. Через Мясницкую выходим в Армянский переулок, где в доме №9 в 1919–1921 годах жил писатель и общественный деятель, член Временного рабоче-крестьянского правительства БССР Язэп Дыла и где на перекрестке с Маросейкой находится Посольство Республики Беларусь в Российской Федерации. Его главным корпусом стал бывший городской дворец графа Румянцева – того самого, что построил Гомельский дворцово-парковый комплекс. bel-p2В «сутарэннях» посольского дворца вполне патриотично разместился магазин «Беларускi абутак», решив зайти в который, будьте осторожны – своды потолка очень низкие.

К слову, и в древние века белорусские послы и иже с ними купцы, приезжавшие из ВКЛ, а затем из Речи Посполитой, селились и торговали на соседних улицах – Варварке и Ильинке. Параллельно им тянется небольшой Старопанский переулок, получивший свое название от урочища «Старые Паны», где, вероятнее всего, и находился Панский (в других источниках – Польский, Литовский) посольский двор, который упоминается в ХVI веке, и где в годы Ливонской войны содержались знатные пленники-белорусы. Народ нередко называл это место просто «Паны».

Продолжение маршрута – в следующем номере


Комментарии отсутствуют

Новый комментарий

Имя:
:
Для редактирования комментария осталось 10 минут

Турнавигатор

Вся история белорусского турбизнеса в газете «Туризм и отдых»   |   Активный отдых   |   Калькулятор отдыха   |   Горные лыжи   |   Агротуризм   |   Путеводитель   |   Экзотические направления   |   Путешествия по Беларуси   |   Самые оригинальные бани на белорусских агроусадьбах