05.09.2013

 - Газета

Истрия на стикерах

Вызвали такси в аэропорт. Вместо обещанного диспетчером белого «Мерса» подъехал зеленый «Форд» без признаков принадлежности к таксомоторам. 230 000 родимых рублей от подъезда до входа в терминал аэропорта дали старт отпускному периоду.

Игорь ГРАДОВСКИЙ, фото автора

День первый. Минск – Пула – Врсар

Вызвали такси в аэропорт. Вместо обещанного диспетчером белого «Мерса» подъехал зеленый «Форд» без признаков принадлежности к таксомоторам. 230 000 родимых рублей от подъезда до входа в терминал аэропорта дали старт отпускному периоду.

Обмотка стрейчем багажа в аэропорту – 50 000 рублей. А что там обматывать? Параллельно с рейсом на Пулу через один терминал шла посадка на Варну. На аэропортовской границе требуют снять обложку с паспорта.

Чартерный перелет самолетом CRJ-100(200) – 24 тонны (вес), 2150  м (перелет), 770 км/ч (скорость), 12,5 км (потолок) – компании «Белавиа» занял чуть более двух часов. Еще час минуснулся за счет часовых поясов. На время прилета 50 белорусских туристов были в аэропорту Пулы единственными гостями Истрии – крупнейшего полуострова Адриатического моря. Поэтому проблем и задержек не возникло.

Истрия

В Пуле + 30°. Автобус развозит туристов по отелям побережья. Отель Pineta в городе Врсар трехзвездочный – все, что нужно, наличествует, а вертолетная площадка на крыше вроде бы ни к чему. Питание – полупансион НВ (завтрак-ужин), шведский стол; из навязчивого сервиса – мелкокалиберные напитки в холодильнике. Балкончика нет – ну за это и не брали. Из тридцати программ телевизора одна русскоязычная – «РТР-Планета».

За ужином выясняется: напитки не включены в стоимость, их принято заказывать отдельно. Причем стоимость напитков (вино-пиво-вода-сок-кофе) не сильно отличается (2–4 евро местными деньгами).

Хорватские деньги именуются кунами, поменять евро можно непосредственно в отеле на Rezepzija. Курс – 7,3–7,5 куны за евро. 1, 2, 5 кун – монеты, выше – купюры. Одна куна – сто лип, но липами можно только получить сдачу в супермаркете, где грешат девятками в ценах. На купюрах изображены известные деятели Хорватии, на монетах-кунах – птичка-рыбка-медведь, на монетах-липах – растения. Самая крупная купюра, которая попалась, – 200 кун. Есть еще и 1000 (около 130 евро).

Пляж комплекса гостиниц Belvedere, к которому относится о­тель Pineta, делится на две зоны недостроенным мостом, который, видимо, со временем станет туристическим переходом на соседний сдвоенный островок Святого Юрия – уж очень далеко от функциональных проектов то, что уже сделано. По дорожке от одной груды скал до другой перебежала большая крыса. Подумалось: крысы забегают на корабли, когда те стоят в гавани. А бегут с тонущего корабля первыми, потому что трюмы заливает прежде всего.

Кроме нескольких гостиниц, туристическая зона Врсара застроена множеством 2-х и 3-х этажных зданий-апартаментов, в которых можно жить как у себя дома. А еще и кемпинговые зоны, которые более активны и многолюдны. Многие туристы – с детьми различного возраста; подростки гоняют вечером по дорожке вдоль набережной на велосипедах и на роликах. В целом отдыхающие производят впечатление людей обычного достатка и среднего статуса при высокой социальной культуре.

Курение в номерах разрешено, но курящих среди отдыхающих немного, что вполне естественно для туристов. Сигареты пока стоят 20–30 кун (3-4 евро), но под давлением Евросоюза цену будут поднимать до пяти.

Русская речь не слышна – или ассимилируются, или их (белорусов, русских, украинцев) пока немного. Это чувствуется и в алкогольной гастрономии: выбор крепкого алкоголя невелик и он в основном не местного производства.

Название города Врсар – от древнеримского Урсария (лат. ursus – медведь), хоть по-итальянски пишется Orsera.

Из окна виднеется половина Луны – фаза первой четверти. Буду делать заметки о Хорватии на стикерах. Другого материала под руками нет.

День второй. Врсар

Ужин был в ресторане Belvedere, а завтрак – в самом отеле Pineta. Здесь тоже шведский стол, но кофе и соки включены в меню. Стоимость ужина – около 15 евро, завтрака – около 10. В целом кухня не отличается от привычной, если средненькому классу позволительно называть привычной ресторанную еду.

Хорватский язык – «звыклая славянская мова». Но из-за знания белорусского, русского и краешком польского языков лексика перехлестывается. Выручают, как всегда, синонимы. Впрочем, особой нужды общаться нет – все наглядно и понятно.

Приезжал гид Алексей – оформились на четыре экскурсии средней стоимостью 400–500 кун (60–70 евро). «Через день – на ремень» получается. Все экскурсии включают обеды.

Ходили на пляж, хоть загорали и недолго – первый загар да под южным солнцем… Пляж благоустроенный: присутствуют арендные лежаки и зонты, стойки для ополаскивания пресной водой. Надувной водный комплекс, владелец которого, кажется, и ночует на берегу. Берег – мелкая галька с крупной щебенкой: ходить нетравмоопасно, но и некомфортно.

Как в любом курортном городе, есть пятачок мелкой торговли. Начали с магнитиков. Располагающая пожилая продавщица, учившая русский еще в югославские времена, узнав, что перед ней гости из Беларуси, изобразила выстрел из снайперской винтовки. Затем пояснила: «Домрачева!» Приятно, что наших героев знают.

Население Врсара – около двух тысяч жителей. Но в сезон за счет туристов, торговцев и приезжего персонала население утраивается.

Жителям равнин и плоскогорий претят короткие кривые улочки и крутые подъемы. Особенно в полдень! Но как не пройти к самой высокой точке города – псевдоколокольне (шесть колоколов стояли между этажами), расположенной рядом с действующей церковью. Вход – 10 кун. Сверху отличный обзор и свежий ветер, за пару километров – рекламно-пластиковый кубик Pineta. С вершины Врсара почти естественно перейти на городской пляж, где загорают под соснами. Пиво (18 кун) свежее, народ приветливый. Проход с городского пляжа напрямик идет через каменоломню, которая с колокольни казалась разрушенной крепостью. Хотя обработанные и уложенные природой каменные блоки и вблизи производят впечатление творения рук титанов. Власти заботятся, чтобы туристам было где полазить: проходы-переходы угадываются, спуски имеют поручни или камни по сторонам, опасные места ограждены.

Нашелся и продовольственно-хозяйственный магазин – можно сказать, супермаркет. Цены в полтора раза ниже, чем на побережье, до которого пару десятков метров. Сравнивать с нашими не хочется, ибо к ним не успеваешь приспособиться. А туристический шопинг – средство превратить отдых в работу.

Вечером на набережной выступает фокусник: разгадать секреты – вариантов нет, а бросить пару кун на поддержку мастера можно.

«РТР-Планета» второй день сообщает, что умер Василий Песков – журналист, фотокорреспондент. Значит, завтра-послезавтра покажут фильм о жизни этого замечательного человека – осталось доснять пару эпизодов и дать пару комментариев.

День третий. Крк, Кошлюн, Врбник

Ни свет ни заря – экскурсия, которую в силу логистических соображений сдвинули на час раньше. Основная точка – остров Крк. Вот так вот – без гласных. Довольно певучему хорватскому языку свойственны подобные сокращения в письменности, которые пошли от сокращений в римских летописях и отчасти от церковных сокращений. На латыни название острова звучит Curicta, произносят хорваты – «Кырк». Микроавтобус с гидом Джурджицей и водителем Мато собирает за пару часов 11 русскоязычных туристов побережья. Джурджица рассказывает, что сегодня на побережье обрушился холодный ветер – бура, или бора. Первый вариант названия напоминает слово «буря», второй ассоциируется с древнегреческим богом ветра Бореем. Значит, сильно похолодает, и если скорость ветра будет высока, то и полуторакилометровый Кркский мост может быть закрыт, чтобы с него не сдувало транспорт.

Прямых дорог на Истрии, которую хорваты называют Истрой, нет: повороты-спуски-подъемы, поэтому векторные расстояния удваиваются, а то и утраиваются. Останавливаемся возле ресторанчика, где можно попить кофе. Ветер действительно сильный и порывистый, но не беспредельный. Крк имеет площадь более 400 квадратных километров и население 20 тысяч, из которых треть – в одноименном городе, расположенном на противоположной от моста стороне. Сам остров покрыт слоем камней, которые после очистки пятачков земли под дома, сады и огороды складывают в каменные ограды сухой кладкой, ибо девать их некуда.

Сегодня прохладный день, поэтому многие оседлали «железных лошадей» и самостоятельно отправились на экскурсии. Гид несколько расстроена большим количеством людей в портовом и туристическом городе, а пять-шесть машин, скопившихся перед светофором на одну-две минуты, называет «пробками».

Исторические крепости и соборы постоянно подновляются, поэтому налет веков на них не очевиден. И не принято здесь «разрушать до основанья, а затем…». Обычные для Истрии кривые и узкие улочки вызывают в памяти сценку из культового советского фильма: «Русо туристо…». А рассказы о воинственных набегах и героической обороне в сочетании с воспоминаниями о «перестроечном туризме» наводят на обманчивую мысль, что подобные войны являлись в Средние века своеобразным видом вояжного шопинга с элементами смертельного пейнтбола.

После свободного времени обедаем в Крке пышечками с оливковым маслом и морепродуктами (в основном – жареный кальмар) с картошкой фри. Напитки традиционно для Истрии оплачиваются отдельно.

Из Крка переезжаем в город Пунат, а оттуда на кораблике – на островок Кошлюн, который расположен в заливе – практически внутри острова Крк. Кошлюн свободен для посещения, но одновременно является действующим монастырем. У хорватов много святых, вера – католическая, поэтому в музейных залах неизменно присутствует изображение Папы Римского.

Последний пункт экскурсии – дегустация автохтонных вин близ города Врбник (Вербник). Бутылка приличного уникального вина здесь обойдется в 40–50 кун. Впрочем, видели мужчину, который поднимался с дюжиной пустых пластиковых бутылок – то есть и разлив практикуется.

На обратном пути гид Джурджица рассказала, что вчера смотрела «РТР-Планету», но так и не услышала сообщения о завоевании золота землячки-хорватки в метании диска. Предпочитали говорить о своих 2-3-х местах. Ей обидно, а нам – привычно…

В родимый Врсар добираемся чуть ли не в восемь вечера, а после ужина совершаем обзорную экскурсию на туристическом влатиче (автопоезде). Он действительно за полчаса объезжает все окрестности и удивительно легко управляется с тремя вагонами на поворотах и крутых подъемах. Часть туристов, живущих в старом городе или в зоне апартаментов, пользуется им как транспортом.

Истрия1

День четвертый. Врсар

После завтрака в отеле – на пляж. Кабинки для переодевания – трубчатые металлоконструкции, обтянутые баннерным полотном. Лежаки и зонтики платные: синие лежаки с материей – 30 кун за день, белые пластиковые – 25. Зонты – 15. Синие лежаки располагаются на галечно-щебенчатой зоне перед мостом, белые – на мосту и каменнобетонной зоне, что тянется на полкилометра вдоль берега. Плата за лежаки и зонты берется часов в 12 за весь день с обязательной выдачей чека и фиксацией номера арендуемого оборудования. И вообще в Хорватии выдача чеков – норма на всех уровнях: от торговли «на пятачках» до ресторанов.

Берег каменнобетонного пляжа обрывистый и скалистый, поэтому для выхода из воды установлены лестнички из нержавейки. Пляжный туалет примыкает к ресторану Belvedere, цепочка указателей отсутствует, поэтому вопрос «почему в море вода соленая?» не теряет актуальности. Традиционно на пляжную зону туристы ходят как по часам: приходят в 9-10, уходят в 17–19.

Коварный ветерок – последствие вчерашней буры – не мешает солнцу поливать ультрафиолетом телеса отдыхающих. Рисковать по-прежнему не хочется: покрутиться-поваляться поближе к тени, окунуться пару раз – и в тенек, под дубы да сосенки…

Традиции сиесты в Хорватии нет, но кто запретит туристу укрыться в полдень на пару часов в номер с климат-контролем?

На набережной, на главной улице Врсара и ее ответвлениях – сплошь ресторанчики и кафе. Заведения с преобладанием традиций местной кухни называются «Коноба». В ресторанах на набережной предлагают комплексные завтраки-обеды. Завтраки – 50–60 кун, обеды – 70–80 кун. Вечером мороженщики устраивают «аттракцион»: с расстояния 10–15 метров забрасывают шарики мороженого в рот желающим.

На пятачке мелкой торговли – несколько рядов палаток, на которых наряду с традиционными магнитиками есть картины, одежда, сумки, сувениры. Магнитики здесь стоят 20–25 кун (3–3,5 евро).

Возвращаясь с вечерней прогулки, наткнулись на серенькое существо, снующее по асфальтовой дорожке. «А я милого узнаю по походке» – ёжик. «Гляньте, девушка, ёжик!» «Их ферштее нихт… А, игл!» «Я, дас ист игл».

Хорваты не очень стремятся к языковому сближению с туристами. Понятно, что сотрудники рецепции владеют основами всех языков, хотя несколько теряются, если вопрос поставлен не совсем точно, художественной речью или выходит за рамки обычных потребностей постояльцев. Торговцы тоже успешно освоили минимум, позволяющий решать негоциантские вопросы. Их национальность потенциального покупателя интересует прежде всего: две-три фразы – и вроде как френд. Жители бывшей Югославии помнят русский еще со школы. Однако и нам десяток-другой слов из разговорника: хвала (спасибо), молим (пожалуйста), добар дэнь (добрый день), числительные и пр. – не помеха. Впрочем, то же можно делать и на английском.

Туристы спокойны, приветливы, доброжелательны. Ответом на улыбку всегда будет улыбка, даже если ты улыбнулся полицейскому, которых отличает строгая форма и рация. Случайности игнорируются, любая взаимозаминка приводит к обоюдным извинениям с одновременным прощением.

Повстречался местный «бомж». Он выбирал из урн металлические банки из-под напитков и что-то добродушно говорил. Позднее видели его в концертной зоне с теми же банками: пил пиво и продолжал оракульствовать.

На огороженной площадке два часа идет мотошоу.

РТР сообщает, что Амурскую область затапливает. И это никак не связано с местными ГЭС. Вот бобры плотинами наводнения устраивают, а ГЭС – только для слива воды. В Египте началась настоящая буза. Долгое автократическое правление раскалывает нацию надвое: неизбежно противостояние тех, кто служил режиму, тем, кого режим эксплуатировал.

Истрия2

День пятый. Гржнян – Мотовун – Пореч

Гид – Звездана, водитель – Младен. Экскурсантов – человек двадцать пять.

По цвету почвы Истрия делится на бурую, серую и белую: там бокситы, там известняк, там минералы. По отношению к морю – на континентальную и прибрежную.

Гржнян (хотя непривычно белорусу называть горное двух-трехэтажное селение городом, если население меньше сотни человек) считается городом художников. Видимо, это туристическая замануха – не Монмартр однозначно, хотя присутствуют и картины. Хотелось бы отметить, что в хорватском «изо» – явное преобладание абстракционизма с изрядной долей примитивизма. Но если отсечь то, что делается в коммерческих целях, владение техникой – несомненное. К слову, часть населения Истрии считает себя истрийцами – и все тут!

Численность населения не является основным фактором для статуса города – в горах любое селение вынуждено иметь свою инфраструктуру, снабжение и управление. Большее значение имеет расположение и история в качестве замков, храмов и наблюдательных пунктов.

Естественно, изначально Гржнян – город-крепость. С холма высотой 260 метров видно море, просматриваются все подходы. Трудно представить даже средневековые военные конфликты – мешает равнинное мышление. Зато на родимой территории и при современной застройке легко моделируется вооруженное противостояние любых масштабов и родов войск: от подрыва «железки», что по нынешним меркам самый что ни на есть терроризм, до артобстрелов и бомбежек – что сегодня считается сдерживанием агрессии.

Следующий город – Мотовун – сохраняет свой облик с XII века. В одном из магазинов нам устраивают дегустацию трюфелей, приправ и вин. Улица в Мотовуне одна. Если и раньше указания, как не заблудиться, были излишними, то здесь такие указания игнорирует даже гид Звездана. Зато, отвечая на вопрос, сообщает, что средняя стоимость жилья в Хорватии – 2,0–2,5 тыс. евро за метр квадратный, средняя зарплата – 500 евро, пособие по безработице – 300 евро. Вспоминается отечественное, составляющее 15–20% прожиточного минимума, который и сам не соответствует реальному, достойному, чтобы человек не жил в постоянном унижении. Пособия в Хорватии приводят к тому, что женщины остаются дома, держа семью, а мужчины пытаются ее обеспечить деньгами.

С вершины Мотовуна видны река и канал Мирна (Мирная, Тихая). По легенде, русло для реки сделал великан. В долине реки расположен самый маленький город полуострова – Хоум (Холм). В нем 24 жителя. Вспомнился самый маленький город Беларуси – Коссово, близ которого расположена усадьба Тадеуша Костюшко. В Коссово – около двух тысяч населения.

Пореч – последний город в экскурсии. По дороге из Мотовуна в Пореч останавливаемся в придорожном ресторане с невыразительным названием «Исторска коноба» и обедаем фасолевым супом и свининой. Из напитков мужчины берут в основном пиво, женщины – вино.

Население в Поречи около 20 тысяч, что по меркам Хорватии немало. По белорусским меркам – уровень среднего районного центра. Для уже привыкшего к местной архитектуре глаза – типичный прибрежный курорт с историческими и торговыми объектами. Впрочем, Евфразиева базилика Пореча, построенная в треть­ем веке, внесена в фонд ЮНЕСКО, а портовый город Порентиум император Август Октавиан велел основать гораздо раньше. Как-то не принято у них разрушать города во время военных конфликтов: из-за развалин и обороняться удобнее, а разрушать то, чем хочешь овладеть, – варварство.

Во Врсаре празднуют день рыбака. Набережная уставлена «демократичными» столами на сотни людей. На нескольких длинных прилавках готовятся-раздаются-продаются рыбные и морепродукты. Две эстрады с живой музыкой. Полуночный салют. Шум не прекращается до трех часов ночи.

День шестой. Врсар

Полноценный пляжный день. Отдыхающих сегодня больше, чем обычно, – суббота. Вот и съезжаются на денек-два со всей округи на выходные. Тем более пляжи на Истрии – муниципальные.

За пару дней пейзаж стал привычным и даже несколько приелся – экзотичность и мишура не спасают. Возможно, это следствие отсутствия привычных забот и занятости, то есть неумения отдыхать долго. Зато порадовала фауна – на мокрые скалы выползают мелкие крабики, а по возвращении с пляжа перед отелем встретилась черная белка.

Вода в Истрии – продукт стратегический: пресных рек немного, скважины везде не сделаешь, а дожди – источник нестабильный. Поэтому в засушливые годы государство берет ее расход под контроль – вплоть до запрета полива растений.

Серьезной промышленности в Хорватии нет, доля сферы услуг – две трети ВВП. Если прибавить пятую часть, которую составляет производство питания (в основном оливкового масла, рыбы, вина) и табака, то на судостроение и все остальное мало чего остается. Да и Евросоюз, используя бюрократические препоны, не торопится пускать хорватов на свой рынок даже с вином и оливковым маслом.

Президент в Хорватии избирается на пять лет и не может быть переизбран более одного раза. Таким образом, с 1990 года в Хорватии третий президент на первом сроке. Основные сферы влияния президента – руководство армией и дипломатические решения. Остальное отдается местному самоуправлению.

Территориально Хорватия делится на 21 область (жупанию), 20 жупаний возглавляют избранные электоратом жупаны, столицу Загреб – мэр. Не принято у хорватов назначение на такие должности: война и экономические неурядицы – не повод для «сильной власти», единолично решающей все вопросы.

Однако в случае военных действий страна воспринимается беззащитной, максимум – партизанское сопротивление. Впрочем, всегда так и было: после периода расцвета в XI веке она поочередно входила в состав Венгерского королевства, Венецианской республики, Австро-Венгрии и Оттоманской империи. Королевство Югославия, созданное после Первой мировой войны, в результате немецко-итальянского блицкрига попало под власть Италии, а после Второй мировой войны опять стало федеративной Югославией, управляемой Йосипом Броз-Тито до смерти последнего в 1980 году.

Нужно заметить, что ностальгия по югославским временам присутствует у большинства хорватов, ибо преимущества социализма не затирались диктатурой власти, а частная собственность существовала наряду с государственной и смешанной.

Полуостров Истра для русскоязычных туристов рекомендовано называть Истрией. По-видимому, чтоб у москвичей и околомосковных людей не возникало путаницы с  одноименным городом, исторически известным бунтом стрельцов, и рекой в Московской области. «Над ночной рекой, речкой Истрою, нам бродить с тобой допоздна...» – ассоциации благодаря Юрию Визбору возникают-таки.

На Истрии два государственных языка – хорватский и итальянский: до окончания войны полуостров принадлежал фашистской Италии, но затем в преддверии послевоенных разборок основная часть италь­янцев уехала. Теперь их 12%. Отсюда и двойные надписи на указателях: Pula – Pola, Vrsar – Orsera, Pore? – Porenzo.

Наряду с титульной нацией, кроме итальянцев на Истрии есть сербы и албанцы. Интересно, что большинство албанцев занимаются торговлей, а большинство сербов идут в полицию или армию.

…Вечерняя прогулка по «тихой» стороне набережной и пирсу. Здесь уже слышна русская речь, но особо шумных и пьяных нет – не принято, да и морской воздух в сочетании с атмосферой благодушия не провоцирует рвать душу нараспашку.

Окончание в следующем номере...

 


Комментарии отсутствуют

Новый комментарий

Имя:
:
Для редактирования комментария осталось 10 минут

Турнавигатор

Вся история белорусского турбизнеса в газете «Туризм и отдых»   |   Активный отдых   |   Калькулятор отдыха   |   Горные лыжи   |   Агротуризм   |   Путеводитель   |   Экзотические направления   |   Путешествия по Беларуси   |   Самые оригинальные бани на белорусских агроусадьбах