17.02.2011

 - Газета

«Белорусские сокровища за рубежом», или Нам нужна карта!

Нужные книги с Людмилой Дрик
Чтобы найти сокровища, нужна карта, об этом знает каждый уважа­ющий себя кладоискатель и любой начитанный пятиклассник. Книгу Адама Мальдиса «Белорусские со­кровища за рубежом» можно смело назвать такой картой.

knigi1 Нужные книги с Людмилой Дрик

Сегодня мы поговорим о самом интересном. О со­кровищах и их поисках. Разве не книги о сокровищах приоб­щили нас к чтению на заре туманной юности? Разве не «Похитители брильянтов» Луи Буссенара и не «Остров сокровищ» Роберта Льюиса Стивен­сона освещали таинственным све­том наши школьные пионерские буд­ни? Разве не волшебные сполохи от описанных сокровищ плясали на сте­нах и потолке, облегчая нам чтение в ночные часы, после того как мама строгим голосом требовала прекра­тить чтение и уходила, выключив в комнате свет? Держу пари, вы еще не забыли тот ехидный голос, который произносил: «Где карта, Билли? Нам нужна карта!»

Чтобы найти сокровища, нужна карта, об этом знает каждый уважа­ющий себя кладоискатель и любой начитанный пятиклассник. Книгу Адама Мальдиса «Белорусские со­кровища за рубежом» можно смело назвать такой картой.

Вот если честно, положа руку на сердце: о каких исчезнувших бело­русских ценностях и реликвиях вам известно? Пожалуй, подумав, каж­дый второй белорус (я не слишком оптимистично смотрю на мир?) на­зовет Крест Евфросинии Полоцкой, а потом вспомнит и о слуцких поясах. А еще? Можно ли всерьез задумы­ваться о поисках сокровищ, если не имеешь понятия, что - и где - соби­раешься искать? Книга Адама Маль- диса содержит все необходимые све­дения и даже больше: между делом в ней дается обширный исторический материал, оставшийся за пределами наших не слишком удачных учебни­ков истории, а значит, и за предела­ми нашего сознания.

knigi2

«В конце позапрошлого и начале прошлого столетий в Минске сла­вился частный музей предводи­теля минского дворянства, неуто­мимого археолога Генрика Татура (1846-1907). Музей размещался на окраине города в двух деревянных домиках, почти недоступных для ря­довых посетителей. Вдова собира­теля сначала разделила все экспо­наты по меньшей мере на две части. Одну из них приобрел граф Тышке­вич (из логойской ветви рода), пе­ревезший сокровища в свое имение Красный двор (Раудонас дварас) за Вильно. Потом новый владелец буд­то бы предполагал передать эту часть будущему Виленскому поль­скому музею художеств и науки. А через минского епископа вдова пе­редала родовому городу Тышкеви­чей чудотворную икону Логойской Божьей Матери. Где теперь нахо­дится святыня - неизвестно. Вто­рая часть - старопечатные издания и рукописи XVI-XVIII веков - пред­назначалась для Российской акаде­мии наук».

«Однажды, после того как вышел на экраны фильм «Дикая охота коро­ля Стаха», Владимир Короткевич на­помнил:  «Запiшы для камiсii «Вяртанне» такi факт. Калi рабiлi фiльм, нiяк не маглi выбраць беларускi замак, каля якога ўсё адбывалася. Нарэшце, нiбы знайшлi – ажно на Украіне, у Алеску. Хоць замак там яўна iншы па архiтэктуры, чым нашы… Дык вось, у замак той завезлi  некалькi драўляных скульптураў з Наваградчыны. Узялi, ты ж ведаеш нашых кiношнiкаў, у нейкiм замкнутым касцёле – i адвезлi. А назад забраць не захацелi. «Каму яно трэба?» – казалi».

Одна из самых интересных и запутанных историй бело­русских сокровищ - исто­рия ценностей, ставших во время Великой Отечественной войны до­бычей оккупантов и поэтому подле­жащих законам реституции. «.Из моих детских лет осталось воспоми­нание: приходят как-то к нам двое немцев из охраны железнодорожно­го моста и требуют у мамы яиц и са­могонки. Но ни того, ни другого у нас не было. Тогда незваные гости, поша­рив по кладовой, сорвали с кровати узорчатое покрывало, сотканное се­строй, и удалились, бросив уже по­нятное для нас «ферфлюхте». Мать в ответ громко прошептала: «Хапу­ны.» Думаю, что это емкое белорус­ское слово очень подходит и к спе­циалистам Розенберга. У них была очень продуманная и четкая про­грамма. В Беларуси действовал один из их центров. Они рыскали повсюду, «хапали» все подряд в музеях, библи­отеках, частных собраниях и плано­мерно вывозили в Германию».

А вот экспонаты Белорус­ского музея, создан­ного в Вильно Иваном Луцкевичем, искать не нужно: сегод­ня это часть богатейшей коллекции Национального музея Литвы. «Слуц­кие пояса, уречское и налибокское стекло, гродненские ткани и мно­гие другие экспонаты впервые уви­дел я только в 2002 году, посетив На­циональный музей Литвы (прежде Историко-этнографический музей Литовской ССР), разместившийся в стенах Нижнего замка у подножия той же горы Гедимина. И сердце мое, несмотря на генетические связи, за­болело даже не столько оттого, что раритеты находятся тут, в то время когда их совсем нет там, где их про­извели, а потому, что в подписях они фигурировали «безродными» - как абстрактные «изделия мануфактур Великого княжества Литовского». Ну напишите честно: сделано в том же Слуцке, раньше экспонат находил­ся в Белорусском музее, ликвиди­рованном, очевидно, не по белорус­ской и не по литовской инициативе. Поясните посетителям, что когда-то ВКЛ включало и белорусские зем­ли. Что от этого изменится? Толь­ко возрастет добрососедское дове­рие».

О сокровищах и их поисках мож­но рассказывать бесконечно: сами понимаете, тема увлекательная. Не менее увлекательными оказались исторические открытия, сделанные автором в процессе поисков. Напри­мер, одна из находок - десять неиз­вестных писем белорусского и поль­ского поэта и фольклориста Яна Чечота, хранящиеся в музее Ада­ма Мицкевича в Париже, - открыва­ет нам с совершенно неожиданной стороны возлюбленную и музу Ада­ма Мицкевича. В своих письмах Че- чот обращается к Марии Верещаке (на тот момент уже Марии Путкамер, супруге графа Вавжинца Путкамера) как к. композитору! «Сроков ника­ких не назначаю, а фортепиано (...) окажется когда-нибудь под рукой, наконец, однажды появилась бы на­дежда, что Госпожа подберет музыку. Какая это будет роскошь.» В бело­русских же энциклопедиях о компо­зиторе Марии Путкамер - ни слова.

В том же музее в Париже на­ходятся доказательства того, что Адам Мицкевич родился в местечке Заосье под Новогрудком, а вовсе не в Заосье под Столовичами Барановичского рай­она, где действует дом-музей поэта. Отец Адама Николай Мицкевич стал хозяйствовать в Заосье под Столовичами через полгода после рожде­ния Адама, до того имение принад­лежало родственникам, с которыми велась судебная тяжба. Безуслов­но, усадьба связана с именем вели­кого поэта-романтика, ведь именно сюда он приезжал на каникулы во время учебы в новогрудской доми­никанской школе, здесь прошло его детство, но это никак не место его рождения! «Воссоздание здесь ме­мориальной шляхетской усадьбы - нужное, необходимое дело, - уверен Адам Мальдис. - Надо только, чтобы экскурсоводы (да и средства массо­вой информации) не тиражировали мифы, а показывали исторические события во всей их сложности и за­путанности».

Книга Адама Мальдиса - насто­ящая находка для любителей оте­чественной истории, и если вам не удастся проглотить ее за один вечер, то только потому, что в процессе чте­ния то и дело хочется вскочить, найти блокнот и карандаш и кое-что закон­спектировать, чтобы потом с головой окунуться в интернет или порыться в энциклопедиях. Но по-моему, это для книги отнюдь не недостаток. Скорее наоборот.


Комментарии отсутствуют

Новый комментарий

Имя:
:
Для редактирования комментария осталось 10 минут

Турнавигатор

Вся история белорусского турбизнеса в газете «Туризм и отдых»   |   Активный отдых   |   Калькулятор отдыха   |   Горные лыжи   |   Агротуризм   |   Путеводитель   |   Экзотические направления   |   Путешествия по Беларуси   |   Самые оригинальные бани на белорусских агроусадьбах