Александр Бурый, генеральный директор Нацпарка: «Пущу нельзя не любить…»

01.03.2014 - Новости

Александр Бурый, генеральный директор Нацпарка: «Пущу нельзя не любить…»

«Построить дорогу было абсолютно правильным решением», пишет «Вечерний Брест».

– Александр Васильевич, в прошлом году пуще вернули диплом Совета Европы, действие которого было приостановлено еще в 2007 году. Многие экологи связывают это событие с вашим приходом. За последние годы пуща действительно сделала серьезные шаги в деле сохранения эталонных и уникальных природных комплексов. Как вы считаете, проблем с продлением диплома больше не будет?

– Хочу уточнить: действие диплома в 2007 году было приостановлено не только для белорусской, но и для польской части пущи. Основная причина – отсутствие плана управления природоохранным комплексом. И мы действительно провели очень большую работу, чтобы вернуть диплом. Потому что это – имидж не только национального парка, но и всей страны. Показатель, как государство относится к охране природы.

План управления разрабатывался с учетом рекомендаций экспертов Совета Европы. Но по некоторым моментам нам приходилось убеждать экспертов и отстаивать свою позицию. В частности, они не могли понять, почему на территории Национального парка присутствует поместье Деда Мороза. На самом деле поместье – это прекрасная реклама природы и очень эффективный продукт экологического просвещения. Едут сюда в основном дети, автобус везет их через уникальный лес, они видят животных на подкормочных площадках, много интересного узнают о пуще от экскурсовода и Деда Мороза. Именно так, через живое прикосновение, и воспитывается любовь к природе. Я ведь тоже выбрал профессию, связанную с лесом, потому что рос в непосредственной близости от него и с детства проводил там все свободное время. Словом, мы убедили экспертов…

Серьезным аргументом в нашу пользу стал также указ главы государства, подписанный в феврале 2012 года, о расширении заповедной зоны почти в два раза. Хочу, чтобы вы понимали: увеличение заповедной зоны – это немалая жертва для Национального парка в плане решения экономических вопросов. Мы изъяли из оборота лесосырьевой ресурс, на котором могли заработать быстрые деньги. Но мы выбрали именно такой путь, потому что обязаны сохранить уникальный природный объект, как сохранили его нам наши предки. Мы выполнили все рекомендации Совета Европы и поэтапно реализовали их, и в марте прошлого года Комитет министров Совета Европы принял резолюцию о возобновлении действия Европейского диплома на пять лет. На этот срок выдвинуты новые условия и требования, но они адекватны нашему природоохранному законодательству, и, уверен, проблем с продлением действия диплома больше быть не должно.

– С целью привлечения туристов вокруг Национального парка была построена объездная дорога, с которой предполагалось сделать как минимум два новых съезда в пущу с созданием соответствующей инфраструктуры. Пока же 99 % туристов по-прежнему едут к вам по одному маршруту – через Каменюки. Что-нибудь в этом отношении изменится?

– Дорога вокруг пущи несет много функций, в том числе природоохранную, потому что по новой трассе проходит сейчас граница Национального парка. Кроме того, она дает возможность сократить транспортный поток по пуще. Грузовые автомобили через парк уже не ходят – только по объездной дороге. Благодаря обходу и вокруг пущи жизнь оживилась, стали возрождаться деревушки, которые уже умирали. Так что построить дорогу – это было абсолютно правильное решение.

Что касается привлечения туристов. Да, в южной части парка инфраструктура достаточно развита. Здесь музей, вольеры, поместье, гостиницы, пункты общественного питания, и именно сюда чаще всего едут наши гости. Но потенциал у пущи огромный, и северная ее часть, где есть и старовозрастные насаждения, и исторические места, не менее значима. И мы работаем над тем, чтобы развивать эту часть Национального парка.

Но надо понимать, что устройство новых терминалов требует значительных финансовых ресурсов, такими средствами парк сейчас не располагает, но развивать инфраструктуру в северной и восточной частях пущи мы начали. В урочище Жарковщина, где находится дом графа Тышкевича, в прошлом году разработали три новых пешеходно-велосипедных туристических маршрута. Построили новую котельную. Реконструировали здание лесничества с обустройством прекрасных номеров для проживания туристов. На этот год запланировано выделить около 11 млрд руб. на ремонт дома графа Тышкевича, благоустройство территории и строительство новой небольшой гостиницы на 20 мест. У нас прекрасные места в Свислочской зоне, в Язвинском и Новоселковском лесничествах. Есть там такая деревня Войтов Мост. Уникальный уголок – старовозрастной лес, очень много краснокнижной флоры и фауны, богатое биоразнообразие. В прошлом году мы реконструировали в этой деревне заброшенное здание: первый этаж под администрацию лесничества, второй – под гостиничный комплекс на 8 койко-мест. Произвели реконструкцию здания бывшего лесничества под гостиницу на шесть мест, ввели в действие (…). И это только начало. В этом году планируем реконструировать еще одно здание.

В центральной части пущи новый туристический продукт создается за счет бюджета Брестской области. Это музей народного быта и старинных технологий на хуторе Переров Пружанского района. Там замечательные места, прекрасная дубрава, очень живописное озеро. И там была когда-то старая усадьба. Она и легла в основу комплекса-музея, который будет посвящен пущанцу XIX века. В этом году планируем этот объект уже запускать.

«Нельзя превращать пущу в проходной двор»

– К слову, о деревнях. В свое время существовало негласное вето на покупку недвижимости в пуще. Ходили разговоры, что на продажу, к примеру, родительского домика в пущанской деревне надо просить разрешение у директора пущи, а он может такого разрешения и не дать. Изменилась ли ситуация сейчас?

– Никакого негласного вето не существовало. Разрешение на отчуждение жилых домов в границах Национального парка действительно надо было брать у руководителя учреждения, но делалось это на основании указа президента № 460, который на сегодняшний день утратил силу. Сегодня согласование с администрацией парка необходимо лишь при выборе участка под новое строительство. И вы должны понять, почему. Пуща уникальна тем, что находится под охраной и не всем доступна. И не надо, чтобы она была всем доступна, иначе мы можем превратить ее в проходной двор. Если сегодня каждому разрешить строить, где он хочет в пределах парка, будет хаос. Интерес к пуще большой, в том числе и со стороны российских граждан. Если мы позволим всем желающим ее «оккупировать», во что превратится наше достояние?

Мы, к сожалению, имеем массу негативных примеров. Приезжают люди на заповедную территорию, где туристам вообще не разрешается находиться без сопровождения. Там научные исследования проводятся, ученые десятки лет наблюдают, как складывается экосистема, боятся какой-нибудь сучок с места ненароком сдвинуть. И тут чужой человек, не зная, пришел, сломал куст, собрал грибы... Человек – он ведь по своей природе потребитель. Если пришел в лес, надо что-то вынести из него. Представляете, если таких людей придет много? Я же не могу на каждом углу поставить охранника. Именно поэтому и существует согласование с дирекцией парка при выборе участка под новое строительство. Потому что нам доверили охранять пущу, и мы несем за нее ответственность.

– В последнее время пуща начала пополнять видовое разнообразие лесных обитателей и восстанавливать исчезнувшие популяции копытных. В 2008 году были завезены даниэли (лани европейские), и, насколько мы знаем, они успешно прижились. В прошлом году в прессе активно обсуждался вопрос о возможности возвращения в пущу бурого медведя. Отсюда два вопроса: зачем пуще даниэли, пусть и очень симпатичные, если, как говорят ваши ученые, копытные из-за большой численности и так наносят колоссальный ущерб подлеску? И как вы оцениваете перспективы возвращения медведя, нужен ли он здесь вообще?

– Ну, даниэли – это вовсе не какая-нибудь вредная животина, которая могла бы причинить пуще серьезный ущерб. Дело в том, что вся наша популяция лани изолирована на территории вольера площадью около 2 тысяч га в Пашуковском лесничестве. Там для них достаточная кормовая база, и они не оказывают влияния на подлесок. Животное это хрупкое и доверчивое, является легкой добычей для хищников, и мы не планируем выпускать их на волю. А вообще, это третья с 1860 года попытка интродукции в наших лесах лани европейской. Максимальная их численность была достигнута к 1914 году. Сейчас в Пашуковском вольере у нас обитает около 100 даниэлей. Это прекрасное грациозное животное, его очень любят дети и любители фотосафари, и оно должно быть представлено в пуще.

Относительно медведя мнения очень разнятся. Его популяция в пуще была истреблена человеком еще в 1846 году под предлогом, что зверь опасен для всей дичи и зубра в особенности. В 2011 году Франкфуртское зоологическое общество предложило восстановить его популяцию. Эту возможность обсуждали на разных уровнях – в Академии наук, с польскими коллегами, даже проводили опрос населения. К единому мнению так и не пришли. Поляки, без которых мы не можем принять такое решение, категорически против интродукции хищника. На мой взгляд, если бы Беловежская пуща была комфортна для бурого медведя, то его не пришлось бы завозить. Он бы пришел и остался. Для него нужны очень дремучие леса, болота непроходимые. Здесь же присутствует фактор беспокойства, и потому нет условий для формирования устойчивой популяции, способной к самовоспроизводству.

Елена Трибулева

Фото и видео Николая Чеберкуса

Рубрики: Инфраструктура

Страны: Беларусь


Комментарии отсутствуют

Новый комментарий

Имя:
:
Для редактирования комментария осталось 10 минут

Новости по теме:

Турнавигатор

Вся история белорусского турбизнеса в газете «Туризм и отдых»   |   Активный отдых   |   Калькулятор отдыха   |   Горные лыжи   |   Агротуризм   |   Путеводитель   |   Экзотические направления   |   Путешествия по Беларуси   |   Самые оригинальные бани на белорусских агроусадьбах