Хозяйка агроусадьбы в Беловежской пуще мечтает о собственном музее-кузне

09.03.2014 - Новости

Хозяйка агроусадьбы в Беловежской пуще мечтает о собственном музее-кузне

В деревню Белая Каменецкого района стоит ехать именно затем, чтобы отдохнуть от шума городской суеты, рассказывает «Вечерний Брест».

Тишину здесь нарушают только шум ветра в древесных кронах да пение петухов по утрам, а воздух такой, что, кажется, его можно пить горстями. Деревня самая настоящая лесная – со всех сторон ее окружает Беловежская пуща. «А сколько здесь всего растет летом! – не устает восторгаться хозяйка агроусадьбы «Польскi маёнтак» Татьяна Исаева. – Пойдем с гостями в лес, они в одно лукошко грибы собирают, в другое – ягоды, потом весь вечер сидим, перебираем. Они на печке варенье сварят, грибов насушат и с собой увезут. В городе хвастаются – сами в пуще насобирали!»

Первые на горизонте

Именно в сельском туризме Татьяна, что называется, себя нашла. До того немало поколесила по просторам бывшего Союза. Родилась-то она в этих краях, в деревне Ляцкие, что «за шлагбаумом», в семье лесника – настоящая пущанка. Подчеркивает: не в больнице, а именно дома – телефона в деревне не было, и, когда начались схватки, матери ничего не оставалось, как рожать самой.

Но после швейного училища в Бресте Татьяна внезапно сорвалась в Сургут. Пять с половиной лет там прожила. Потом вернулась, родила Антошку, а когда ему исполнилось три года, уехала с ним в Москву. Намеревалась просто проведать подругу, а задержалась на два года. Работала менеджером по продажам, сынишку водила в садик. «Мне везде было психологически легко. Не было ощущения, что я в чужом городе», – признается Татьяна. Потом она узнает: ее прадед был москвичом, а незадолго до войны увез свою семью в Сибирь. Потом – в Казахстан. Именно там и познакомились Татьянины родители, чтобы позже, поженившись, вернуться на родину мамы.

«Думаю, меня гены в путь звали, – размышляет Татьяна. – Я ведь, оказывается, по прадедовским местам и проехала». И только в 2005 году остепенилась и вернулась в Белую.

К тому времени они со старшей сестрой уже зарегистрировались в общественном объединении «Отдых в деревне», а с 2006 года, когда вышел указ о льготах для агротуризма, начали принимать гостей. Поначалу никак не складывались отношения с администрацией НП «Беловежская пуща», в границах которой лежит деревня. Тогдашний директор требовал «прекратить», «запретить» и прочая. Но потом ничего, смилостивился и даже принял Татьяну на работу в качестве экскурсовода. О пуще и ее обитателях она, выросшая в этом лесу, знает, наверное, все, и рассказчица отменная. Это я на себе прочувствовала.

Дом с историей

К старому деревянному дому на другом краю деревни она присматривалась несколько лет. Его владелица баба Галя жила у детей в Дмитровичах, и, оставшийся без хозяйского глаза, он понемногу разваливался: и пол прогнил, и крыша прохудилась. Но вот приглянулся чем-то Татьяне. Мечталось: отремонтирует его – и ей с Антошкой будет собственный угол, и друзьям, если приедут в гости, найдется где остановиться. Наконец решилась, поехала к бабе Гале «на разведку» и узнала, что дом та уже пообещала продать. Хотят люди разобрать его по бревнам, перевезти в другое место и там собрать. «И ты, Тань, что ли, купить его хотела?» – полюбопытствовала баба Галя у явно огорченной Татьяны. Хотела, призналась та. Хозяйка пару минут сосредоточенно думала, потом решила: «Тебе отдам. Хай свои, не чужие люди в хате живут». Так Татьяна стала владелицей деревенского дома 1929 года постройки.

А дом оказался с историей. При Польше в нем была школа. Сохранилась фотография: группа учеников во главе со священником на пороге, а над ними вывеска на польском языке: первая публичная школа в деревне Белая. В войну же дом, рассказывают старики, уцелел только потому, что по соседству жила девушка, приглянувшаяся немецкому офицеру. Если бы дом, как и все остальные, сожгли (у Геринга, как известно, имелись очень большие планы относительно Беловежской пущи), то загорелась бы и хата той девушки, чего офицер не хотел. Вот эти два строения из всей деревни и уцелели.

Сельская школа размещалась здесь и после войны. В одной комнате жили хозяева, в другой шли уроки. Разбирая завалы на чердаке, Татьяна нашла обложки классных журналов, самый «свежий» из которых датирован 1954 годом, а последний выпуск, рассказывали ей здешние старики, был в 1958-м. Там же, на чердаке, отыскался бронзовый школьный звонок на длинной деревянной ручке, а еще кой-какая домашняя утварь и целая пачка старых фотографий и фронтовых писем, хранившихся в чугунке и засыпанных для лучшей сохранности мелом. Найденные сокровища немедленно пополнили уже начавшую создаваться «музейную» коллекцию.

Вещи из прошлого

Собирать старые, дедовских времен, вещи Татьяна начала еще до того, как у нее появился свой дом. Знающие о ее страсти сельчане нередко звонили сами: мол, собрались выкидывать старый платяной шкаф, тебе не надо? Иногда о выброшенной хозяевами за ненадобностью мебели или предметах утвари узнавала, что называется, через третьи руки, и сломя голову летела по указанному адресу. Однажды ей попался старый деревянный сундук, в котором бабушки-прабабушки хранили свое приданое. «Отдайте мне», – попросила хозяйку. «Да забирай, – махнула та рукой. – Только выкину из него старье, вишь, сколько хлама всякого накопилось». «Нет-нет, – испугалась Татьяна, – отдайте так, я сама все переберу, если можно».

Среди «старья», которое хозяйка намеревалась безжалостно сжечь, оказалась церковная книга 1899 года издания и тончайшей работы домотканые рубахи с изумительной вышивкой. Татьяна рубахи выстирала, выгладила и теперь бережно хранит в том же самом сундуке. Вместе с плиссированным андараком, вышитыми рушниками, вязаными салфетками и прочими ценностями, которые ей удалось спасти.

Под старые вещи у нее отведена отдельная комната. Так и называется – музейная. Здесь железные кровати с металлическими набалдашниками застелены ткаными покрывалами ручной работы, у окна стоит «зингеровская» швейная машинка, которую удалось отремонтировать, а на столе проигрывает пластинки настоящий патефон, который очень любят слушать туристы. Здесь же на столе книжные сокровища, найденные Татьяной среди «ненужного хлама», и среди них – дореволюционное издание стихов Лермонтова. Старые керосиновые лампы, прялки, чесалки, утюги на древесном угле… Бесценные реликвии прошлого давно требуют куда большего пространства и систематизации, и Татьяна мечтает построить во дворе дома музей-кузню, где эти экспонаты нашли бы свое место.

Елена Трибулева

Рубрики: Сельский Туризм

Страны: Беларусь


Комментарии отсутствуют

Новый комментарий

Имя:
:
Для редактирования комментария осталось 10 минут

Новости по теме:

Турнавигатор

Вся история белорусского турбизнеса в газете «Туризм и отдых»   |   Активный отдых   |   Калькулятор отдыха   |   Горные лыжи   |   Агротуризм   |   Путеводитель   |   Экзотические направления   |   Путешествия по Беларуси   |   Самые оригинальные бани на белорусских агроусадьбах