Синдбад называет Австралию самым таинственным и малопознанным материком нашей планеты. У коренных жителей Австралии  даже нет понятия “жизнь после смерти”, они, наоборот, в своих мыслях, фантазиях и надеждах оглядываются  назад, в так называемое Время Снов. По их мнению, в те времена, когда мужчины-кенгуру пришли на землю и к ним спустились женщины-птицы, Земля и стала приобретать свою настоящую форму. После  смерти люди, опять-таки по мнению аборигенов, превращались в горы, реки, озера, деревья, пещеры и даже звезды. Их поступки тоже могли превратиться  в детали ландшафта. 

      Не стоит удивляться, если кто-то из аборигенов долго сидит у какой-нибудь скалы и разговаривает с ней. Видимо, он считает, что его отец или дед превратился в эту скалу. Поэтому, наверное, так болезненно они воспринимают присутствие посторонних у своих святынь, на так называемых тотемных территориях.

      Главные святыни австралийских аборигенов находятся в самом центре материка среди бескрайней красной пустыни, примерно в 330 км от городка Элис Спрингс.  Долететь сюда так же  непросто, как и до самого континента.  Маленький аэродром может принимать ежедневно не более двух-трех небольших самолетов. Никакого сервиса, за исключением паркинга для автомобилей, принадлежащих единственному в этих краях отелю. Вокруг -  пустыня с цветущими  кустарниками и деревьями, растущими на горячем красном песке под неправдоподобно синим небом.

     Одна из тотемных святынь Автралии  - огромная подземная глыба из спрессованного песчаника, находящаяся над землей всего лишь на 10% своего огромного монолитного тела. Эта десятая часть составляет 350 метров над поверхностью пустыни, а длина скального хребта - около четырех километров. 

      Геологи утверждают, что возраст этого монолита составляет не менее 600 миллионов лет, и за это время скала подвергалась долговременному воздействию дождей и ветров, отчего приобрела свою форму и такой своеобразный красный цвет.

      Первым  европейцем,  сообщившим миру об этой диковинной скале, был исследователь Австралии Эрнест Джиллс, а на следующий год его коллега Уильям Госсе первым из европейцев совершил восхождение на монолит и назвал его Эйрс Рок, в честь своего друга – одного из чиновников высшего эшелона власти Южной Австралии. Но когда в 1985 году этот каменный гигант перешел в ведение аборигенов, то первое, что они сделали, так это вернули ему  прежнее название – Улуру и, недолго думая, сдали в аренду государству.  На одном из местных наречий это означает Великий Камень, на другом – просто Скала. Почти полмиллиона туристов ежегодно прилетает сюда, в эту безмолвную пустыню, для того чтобы  увидеть это чудо.

    Синдбад очень обрадовался, когда среди японцев и англичан он увидел куда-то устремившегося человека, наличием серьезной фотокамеры напоминающего Сергея Плыткевича. Но – жаль! – устремленность и камера были единственным сходством.))))

    По утрам  скала светится особым, каким-то необычным цветом, ежеминутно меняя оттенки, причем удивительно то, что не каждый человек это может увидеть.

        А еще более странно – не у каждого человека это свечение сохраняется в памяти фотокамеры.

        К тому же на одном из склонов скалы под длительным воздействием ветров и дождей появились изображения, по структуре напоминающие человеческий мозг, что, несомненно, придает монолиту статус интеллектуального центра пустыни.

      Загадка на загадке! Ответы на все вопросы знают вне всякого сомнения аборигены, живущие в пустыне. Но они и не собираются делиться секретами,  только просят по возможности не подниматься на скалы Улуру.  Они терпеливо объясняют людям, что эти скалы – святые места аборигенов и здесь покоятся души их предков.

     Да и сами  аборигены (причем только мужчины) могут подниматься на вершины скалы лишь с целью паломничества и при условии строгого соблюдением заветов предков. А предки, кстати, запрещают посторонним подниматься наверх, в противном же случае, предупреждают они, гора каждый год будет забирать себе по одному непрошенному гостю. В это трудно поверить, но на самом деле ежегодно по одному человеку погибает во время восхождения  на Улуру. Кто от остановки сердца, кто от удушья, кто от падения вниз. Австралия – страна принципиально демократическая (такая демократическая, что за неявку на государственные выборы просто-напросто штрафуют), и запретить подъем на вершину искателям приключений она не может, хотя у подножья горы в месте разрешенного прохода к подъему на информационном стенде перечислены имена всех погибших. Но это не останавливает горячие головы.

       Недалеко от Улуру, в 32 км от нее, расположена еще одна реликвия аборигенов – массив Ката-Тьюта, который напоминает собой сложенные вместе гигантские пасхальные куличи высотою более 500 метров. Аборигены называют эти места горами Олгас.

       Те немногие исследователи, которые пытались изучить эти  монолиты, считают, что они тоже имеют скрытую невидимую часть, в несколько раз превышающую часть надземную. И здесь тоже существуют ограничения для посещения владений аборигенами.

      Аборигены запрещают заходить вглубь территории этих гор, мотивируя запрет множеством случаев, когда люди попросту не возвращались оттуда. Поиски их или хотя бы их останков не дают никаких результатов, словно ушедшие в Ката-Тьюту перемещаются во времени и пространстве и покидают этот мир. Хозяева Ката-Тьюты утверждают, что когда-то эти раздробленные монолиты были единым целым  и по возрасту и размерам превышают Урулу.

        У подножья  гор разбросаны разные по размерам  ярко-оранжевые камни из прессованного песчаника  и мраморной крошки, своим видом напоминающие лакомство из детства под названием щербет.  Многие хотят захватить с собой такой камешек в качестве сувенира. 

       Но аборигены предупреждают: “Не делайте этого, не троньте наши святыни! Посягая на них, вы навлечете на себя проклятье”.   К сожалению, внимают предупреждению не все, и по сегодняшний день в министерство туризма страны ежедневно приходит множество посылок, в которых со всего мира присылают  красные камешки с просьбой вернуть их  обратно в пустыню, поскольку они начали приносить несчастье. Хотите - верьте, хотите - нет!

       Километрах в двадцати от этих уникальных природных каменных образований  построен прекрасный гостиничный комплекс. В фойе главного корпуса выделено специальное место для работы   одного из  художников-аборигенов.

       На первых трех работах,  как уверял автор, изображен  ветер, на следующей – песчаные дюны пустыни, а на последней, ни много ни мало, сотворение мира.  

       Но если связь с космосом имеет только предположительное  отношение к этой живописи, то цены на работы, несомненно, астрономические.

       Удивляет и порою смешит здесь и то, как можно успешно создавать хорошо продаваемый туристский продукт, приготовленный в общем-то из ничего. В перечне предлагаемых экскурсий  можно найти экскурсию по звездному небу. В пустыне темнеет рано, облаков почти никогда нет, небо постоянно звездное, Млечный Путь словно расслаивает  небосвод на две части. Гостей пустыни приглашают в нечто напоминающее планетарий, только без крыши. Появляется человек, представленный как астроном. Используя  мощный фонарь вместо указки, он начинает долго и муторно рассказывать австралийскую легенду о том, как однажды какой-то абориген ловил рыбу (причем складывается впечатление, что о каждой пойманной рыбке он рассказывает отдельно),  и улов его был настолько велик, что сеть не выдержала и порвалась, а вывалившиеся из сети рыбы и образовали Млечный Путь. Будучи на месте составителя легенд, можно было бы придумать историю если уж не веселее, то хотя бы короче. К примеру, если кратко: шла по пустыни австралийская девушка с кувшином молока, увидела вдруг юношу- аборигена, засмотрелась на его бумеранг, молоко-то и пролила. Так вот и образовался на небе Млечный Путь.  Думаю, эта легенда,  хоть она и не настоящая, но  не хуже прежней будет и  гораздо короче.

      Местные туроператоры предлагают  также ночной выезд в пустыню. Эта программа называется "Слушая тишину” и проводится одновременно для всех постояльцев  местного отеля.  Участников программы предупреждают о том, что ночью температура воздуха может опуститься до ноля градусов, и просят одеваться как можно теплее.  Несколько автобусов  увозят людей в пустыню и оставляют там. С одной стороны видны силуэты гор Олгас, с другой – очертания Урулу.

        К этому времени  на ближайшие деревья слетаются красногрудые попугаи, которых называют не иначе как  Майорами  Митчел. На остывающей земле устанавливают столы для дружеского ужина, несколько биотуалетов поодаль и  определяется место для ночного  костра.   На ужин  гостям предлагают несколько видов барбекю, в том числе из мяса кенгуру и крокодила, и в середине застолья  просят всех  на несколько минут прекратить разговоры, чтобы послушать тишину пустыни. К этому времени температура  воздуха действительно резко понижается, становится просто-напросто холодно. Уже не помогают небольшие костры и Shiraz урожая 2005 года, и  нескрываемое оживление и искреннюю  радость вызывают блеснувшие в темноте фары возвращающихся автобусов, которые наконец-то отвезут промерзших   и  “наслушавшихся звуков тишины” людей в теплый отель.

        В эти места иногда по требованию аборигенов вообще прекращается доступ туристов. Это происходит тогда,  когда умирают старейшины племен. Их, как правило, хоронят в тайных пещерах  Улуру.

       Естественно, чаще всего смерть спрогнозировать нельзя, и был случай, когда несколько чартерных рейсов из Японии больше недели терпеливо ожидали окончания печальной церемонии.

         С мнением аборигенов сегодня считаются как никогда. Наконец-то люди начинают понимать, что древние прародители аборигенов  существовали с остальным  человечеством словно в параллельном мире, многие тысячелетия не сталкиваясь друг с другом. В том, что они остались там, на ранней стадии развития человечества, нет их вины. В этом повинна география.

         И история, которая, как известно, у каждого народа своя.