https://www.traditionrolex.com/8
<p>Агроусадьба – это такая недвижимость, в которой все время происходит движение. Не броуновское. Туристическое. Т.е. это не только место жительства, но и место приема туристов – тех, кому неинтересно наблюдать жизнь по телевизору, а хочется взглянуть на нее настоящую, истинную и даже необычную, если повезет.</p>

Ведущий рубрики Олег ПАВЛОВ

Пишет Alisa350 (Минск):

 «У меня есть брат Сергей. А у брата есть агроусадьба. «Гаенские истоки» называется.

Агроусадьба – это такая недвижимость, в которой все время происходит движение. Не броуновское. Туристическое. Т.е. это не только место жительства, но и место приема туристов – тех, кому неинтересно наблюдать жизнь по телевизору, а хочется взглянуть на нее настоящую, истинную и даже необычную, если повезет.

Все знают Сергея как профессионального пасечника с высшим образованием и нужной любовью к делу. По всему саду его немаленькой усадьбы громоздятся стайки ульев. Само собой, в доме не переводится мед.

Но хозяином пасеки брат пребывает уже четверть века, а хозяином агроусадьбы – менее пяти лет. Все началось с того, что Сергей колесил по деревням по казенной надобности, делал свое дело, общался с сельским людом – простым, затейливым, разным. Замечал много чего, в том числе и всякую крестьянскую утварь, покрытую пылью и временем, не востребованную современной бытностью. Сергей – человек творческий, с обостренным чувством настоящего и стуящего. По случаю он покупал у старушек то самовар старинный, то утюг на углях, то прялку, то каталку. Постепенно в его просторном сарае образовался целый музей всякого старинного-диковинного, и через пару лет счет экспонатам пошел на сотни. Наиболее крупные экземпляры – вроде мини-трактора или старинной сечкарни начала XX века – расположились прямо во дворе, под навесом.

И вот однажды шел хозяин, как воевода с дозором, по немалой своей территории. А раскинулась она, к слову, в таком месте, живописная сила которого притягивает в этот зазор между Минском и «Хатынью» многих и многих людей. Впрочем, никакой не зазор, конечно. Простор! Просторище глазу и всему остальному! Потому что холмы и пригорки, заплатки полей и кудрявые еловые чубы на макушках высоченных холмов… Одно слово – Логойщина.

Этот край называют Белорусской Швейцарией – потому что очень похоже благоустроил Создатель эти удаленные друг от друга территории. Да к тому же пара-тройка специальных, почти горнолыжных мест – с подъемниками, отелями и даже катками – усугубляют сходство. Места эти хоть и не дотягивают до европейских, тем не менее всегда и густо «заселены» не только местными охотниками до активного отдыха, но и россиянами, которым до Европы и далеко, и дорого, а тут при известном умении получается вполне приличный отдых.

Так вот, остановился как-то Сергей в верхней точке своей неогороженной усадьбы, постоял, посмотрел в тысячный раз на благословенную панораму, что открывалась глазу на десятки километров вокруг, и понял: надо с этим что-то делать. Нельзя такому добру пропадать, тем более что и, кроме окрестной пасторали, есть что людям показать…

Сели с женой за большой обеденный стол, разработали маленькую экскурсию. А в ней – тонкости пчелиной жизни с экспозицией настоящей пасеки, нюансы жизни крестьянской с демонстрацией настоящего музея. Кроме того, в хозяйстве завелись два волка, оставшиеся без матери и выращенные в красивых лесных зверей. Волки сидели в вольере и, не зная воли, совершенно туда не стремились. В клетке по соседству квартировал енот, а над ним – настоящий ястреб. К этим диким квартирантам в какой-то момент добавились овцы – исключительно из декоративных соображений: какая ж без них пастораль!

Через дорогу, напротив дома, журчала тесная скорая речка-ручей, в которой водились бобры и имелась настоящая плотина, ими сооруженная. Сергей понял, что просто обязан и это показать городскому туристу, давно отлученному от природы, особенно от той ее части, что именуется округлым словом «фауна». А на берегу можно еще и чаем-бутербродами подкрепиться в антураже первозданной благодати: ультрамарин над головой, изумруд с малахитом вокруг, водица побулькивает и умиротворяет. А где-то в ее недрах неустанно трудятся бобры, которых редко увидишь в природе, но послушать про них – и то интересно…

Поначалу, как во всяком новом деле, народ не торопился к Сергею на экскурсии. Хозяин, конечно, расстраивался, но нос не вешал – делал буклеты, размещался в справочниках, «сарафанным радио» не брезговал. Понимал: Москва не сразу строилась. И везет, как известно,  тому, кто везет.

В конце концов лед тронулся – в «Гаенские истоки» потянулся народ.

Сначала на узкую деревенскую улицу с шоссе стали сворачивать автобусы со школьниками, за ними подтянулись педагоги и другие корпоративные сообщества. Заезжали отдыхающие из ближнего санатория, а там и туристические автобусы стали появляться – эта двухчасовая экскурсия значилась по дороге в «Хатынь».

Теперь, три года спустя, в иной выходной Сергей принимает по три-четыре автобуса за день. Он построил на возвышенности огромную закрытую беседку, где на финише экскурсии угощает своих гостей чаем на травах и блинами с медом. И пока жена с дочкой управляются с угощением на 40 человек, он встречает гостей. Улыбкой и сообразным моменту радушием приветствует вытекающий из автобуса люд на вкусном белорусском языке: «Ну што, бабанькi, дзеванькi, прыгажунi. Стройся і хадзем за мной – пчолкi вас зачакаліся».

Поначалу народ  обалдевает от его манеры общения – неказенной, нехалтурной, свойской, а с женщинами еще и ласковой. Раскаты смеха то тут, то там нарушают деревенскую тишину: народ кайфует не только от подробностей семейной жизни трутней и рабочих пчел, но и от тепла, щедро разбрасываемого этим коренастым мужиком купеческого вида, непростого и грамотного даже на первый взгляд.

https://www.traditionrolex.com/8